ОБЩЕСТВО

№ 4 Апрель 2000

Что часто мы видим на праздничных открытках, представляющих Россию? Деревня, занесенная снегом. Покосившиеся избенки с гнилыми соломенными крышами. Зато над всем приземистым и неказистым возвышается нечто высокое, инородное, с золотыми куполами, с колокольней. Картиночки лубочно-приторные, на определенный идеологический манер. Дескать, быть России такой на веки вечные – покосившейся, бесправной, безнадежной.

Мы вовсе не умиляемся образу, который нам пропагандируют сторонники византийского развития страны, и нам есть что сказать на сей счет, в том числе и посредством искусства. Между прочим, зря некоторые наши братья смущенно полагают, что мы его отвергаем. Мы понимаем значение искусства. Ведь если его идейно направить в сторону Реформации, оно сможет многое в деле духовного воспитания народа.

Вопрос только в том, когда же у нас, российских реформатов, найдутся живописцы, которые показали бы реальную жизнь библейских христиан в нашей стране? Дали бы образы верующих. Картины из их жизни.

Представим себе село с преобладающим протестантским населением. Местность благоустроенная, с хорошей дорогой. Повсюду цветы. В воскресный день люди идут в Церковь. Все они – основательные, спокойные... так сказать, новейшая Россия, живущая по Слову Божиему. Или вот картина на тему духовности: вечер, нехитрое убранство бедной каморки. Одинокий старик молится перед едой. Рядом с ним – открытая Библия...

И противоречия между нами и преданниками можно отразить. Мы за одну Россию, а они за другую. Да мало ли хороших тем, было бы только желание посодействовать делу Реформации.

Вот уже десять лет, как законы РФ позволяют верующим людям действовать более менее свободно, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Повсеместно наблюдается процесс формирования христианских общин, чтущих Бога и Его закон. С другой стороны, отношения между Церковью и государством складываются по-прежнему неоднозначно.

* * *

И все-таки надо учиться диалогу. Иначе мы будем вечно ищущими града Китежа, где можно б укрыться от басурманов... и вечно будем служить законам бога Риммона, кланяясь в его храме, поддерживая под локоть своих правителей (4Цар.5:18-19). Эту истину российские христиане начинают понимать и всерьез обучаются военному искусству общения с кесарем, умению уходить от прямых столкновений. Мы не знаем, когда “окончатся времена язычников” (Лк.21:24) и придет наше время. Верные Богу люди составляют все еще незначительное число жителей этой страны, и может быть только следующее наше поколение развернет настоящую работу. Но и нам следует не сидеть сложа руки, но делать добро и не унывать, “ибо в свое время пожнем, если не ослабеем” (Гал.6:9).

В деле подготовки к нашей работе все большее значение приобретают образование и собственность. Община должна стать своего рода духовным университетом. Пастор-душка, даже весьма заботливый, не удержит людей в общине, если не даст им знаний. Люди уйдут туда, где их научат, как жить и что делать. Вот почему церковь должна привлекать учителей, не жалеть денег на библиотеку. (О важности наличия недвижимого имущества и прочей благоприобретенной собственности говорить не приходится.)

Мы убеждены, что придет время, когда каждая основательная община начнет издавать свои печатные материалы. Всеми доступными ей средствами станет распространять библейское учение, в том числе и в отношении государства и общества. И, разумеется, активно претворять его в жизнь, не ограничивая христианство рамками церковной ограды. Претворение библейского учения в жизнь страны и есть главная посюсторонняя цель работников Реформации.

Не все с нами согласны насчет активного отношения. Не вступая в дискуссию, напомним довольно приметный факт: в общине, сосредоточенной на себе, как бы она ни упражнялась в пиетизме, происходят необратимые изменения. Теряя связь с жизнью, отгораживаясь от мира чем-то вроде канавки Серафима Саровского, община превращается в замкнутую секту, раздираемую неразрешимыми противоречиями, страдающую нарциссизмом и боязнью открытого пространства. Стоячая вода зацветает, дело известное...

I

Арминианское учение, являясь в известном смысле разновидностью привычного россиянам синергизма, состоит в том, что Бог, предоставляя человеку свободный выбор в деле своего спасения, ожидает от него активного действия, какого-то шага навстречу. По сути, человек должен стать помощником Богу. Некоторые сторонники этой концепции идут дальше и доказывают, что Богу необходимо познать человеческий опыт спасения. Сложный человек показывает Богу свой путь к Нему...

Было бы неправильным утверждать, что кальвинистская и арминианская методики не имеют ничего общего. И та и другая видят в человеке образ Божий. Обращаются к разуму и совести человека. Обе методики учитывают важность рассмотрения окружающей природы. Но их подходы принципиально противоположны. Условно назовем кальвинистский метод дедуктивным, поскольку он идет от Писания к апологетике и проповеди Евангелия. Арминианский – индуктивным, ибо здесь метод состоит: 1) в поиске общего у верующего и неверующего; затем 2) в осуществлении попытки привести последнего к Богу и к Писанию. По сути арминиане в разговоре с неверующим оперируют теми понятиями, которые предлагает сам неверующий человек.

II

Скажем иначе: мир обладает смыслом только потому, что он сотворен. Человек, интерпретирующий мир без Бога-Творца (и ставящий себя в центр мироздания), не понимает ни мир, ни себя в этом мире. Не понимает, что он существует только потому, что существует Бог. Кроме того, у него нет надлежащего объективного критерия. Вот почему правильная интерпретация мира невозможна без интерпретации Божией (Откровения).

Обычно арминианские апологеты следуют такой схеме разговора: неизвестно, есть ли Бог, но мы постараемся доказать Его существование... Далее приводятся логические доказательства существования Бога, прежде всего указывается на наличие причинно-следственных связей в этом мире. Неверующий подводится к мысли о существовании связи между миром и Его Творцом. Эта методика отражает убеждение, что логика способна подвести к признанию Бога-Творца и, как следствие, – к вере в Него.

Однако, если неверующий достаточно интеллектуален, он вполне убедительно может доказать, что Бога невозможно вывести из причинно-следственных связей в этом мире, поскольку Бог трансцендентен по отношению к творению. Бог, связанный с этим миром, неизбежно должен быть вовлечен в его связи, а это противоречит понятию о вечном и неизменном Боге. Кроме того, связанный с материальным миром Бог может быть исследован посредством научного опыта (который будет ставить неверующий человек), – так же, как можно исследовать все, что существует в мире.

Не следует забывать, что логику в качестве одного из главных своих орудий так же весьма охотно применяли и применяют атеисты в полемике с христианскими апологетами.

Допущение возможности верного познания мира без признания Бога есть ошибка эпистемологическая. Желание арминианского апологета понятно: ему необходимо построить общее основание с неверующим (видите, мы с вами в чем-то согласны). Проблема возникает тогда, когда апологет пытается подвести неверующего человека к мысли о существовании Бога. Но если система взглядов неверующего человека была признана, ее смысл, мораль и порядок получили право на жизнь, то в такой системе Бог будет не нужен. Ведь система работает и без Него...

Таким образом, мысль о том, что Бога может и не быть, не получает должного опровержения. Неверующий, с согласия апологетов получающий автономность от Бога в отношении своих суждений (он может сам строить свое мировоззрение), потребует от христиан быть логически последовательными и расширить область автономности: дать право на полную независимость от Творца. И ему не откажешь в логике, ибо в данном случае невозможно определить точные границы нашей свободы.

Также не является убедительной для атеиста апологетика, берущая в качестве доказательства гармонию и законы сотворенного Богом мира. Неверующий всегда готов спросить: а кто (или что) стоит за Творцом? Кто создал Творца?

Начиная строить на основании, заложенном неверующим человеком, и вырвав у него согласие на существование неведомого бога, апологеты пытаются договориться с ним о христианском учении, то есть сделать следующий шаг (от атеизма – через признание некоего бога – к признанию Бога-Троицы и Христа-Спасителя). Однако неверующий, исходя из своих посылок, будет воспринимать христианское учение как волюнтаризм и авторитаризм, поскольку суждения о Боге-Троице и Христе-Спасителе берутся из Священного Писания – источника, не признаваемого неверующим.

Христианские аргументы неверующий человек подвергнет проверке логическим законом непротиворечивости и еще – и это прежде всего – собственным опытом. Ведь он – эмпирик, считающий человеческий опыт высшей пропозиционной инстанцией. А поскольку Откровение Божие не укладывается в эти рамки, то неверующий его отвергает. Вера не приемлется им в качестве строительного материала. Поэтому сама идея христианского Бога – живого и личностного, управляющего всем миром – является для него вызовом.

* * *

Более убедительной представляется методика апологетики, основанная на видении человека грешником, сознательно отступающим от Бога. Методика учитывает факт того, что о наличии Творца человеку говорит окружающий мир. Как вещи в доме рассказывают о хозяине, указывают на него, так природа повествует о Творце, является Его Откровением о Себе. Вот почему человек просто обязан искать Бога.

Апостол Павел говорит, что неверующий человек виновен пред Богом, ”ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо Невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы, так-что они безответны” (Рим.1:19-20). Заметьте слово “безответны”. Оно указывает на нечто большее, чем на уговоры и доказательства. Речь идет об ответственности и наказании. Человек должен признать Бога и подчиниться Ему.

III

Веря в возможность объяснить неверующему человеку Евангелие и посредством объяснения привести его к вере (или в какой-то степени подвигнуть его к ней), евангелизаторы, применяющие синергическую методику, полагают, что существуют объективные методы успешнейшего приведения ко Христу. Рассмотрим некоторые из них.

А) Метод цитат. Сегодня издается немало сборников наиболее выпуклых цитат из Писания. Идея состоит в том, чтобы донести Благую Весть при помощи соответствующего набора компиляций. Другими словами, попытаться выкроить из Писания компактное Слово Божие, чтобы читающий мог быстро все понять и принять. Попытка презентовать Евангелие посредством репрезентативной выборки отдельных стихов выглядит довольно заманчивой. Вопрос только в том, где эти волшебные стихи, которые несомненно подействуют на слушателя? Ведь подборка цитат отражает не только теологические предпочтения составителя, но и его взгляд на объективную полноценность Писания, а этот взгляд не может не быть субъективным.

Б) Метод редукции. Довольно часто приходится сталкиваться с редукцией Благой Вести, низведением духовного учения до уровня доктрины, которую якобы может принять неверующий человек (вспомним пресловутые четыре духовных закона). Христианское учение подгоняется под воображаемый уровень неверующего человека.

Предполагается, что человек может поверить Слову только в случае его подтверждения историческими справками. (Как будто оно в этом нуждается!) И если верующий с радостью принимает подобного рода сведения, то неверующего они не убеждают. Мало ли что сохранилось много образцов древних рукописей! Кто проверял вес камня?.. У неверующего своя версия, все факты он интерпретирует по-своему. (Он знает, что все религии мира ссылаются на свой исторический материал). Да и зачем все эти доказательства, – с цифрами, с документами, – если затем следует призыв: а теперь уверуй, что Христос есть Сын Божий, второе лицо Троицы. Неверующий требует продолжить работу с доказательствами: убедите, что все сказанное о Христе есть объективная истина. Зачем ваши документы и цифры, если все равно требуется иррациональное?

Сами по себе эти книги несомненно полезны и помогают христианам утвердиться в вере. Но если брать их в качестве метода евангелизации, то будет нарушен правильный подход к Св. Писанию. Документы и свидетельства не должны идти впереди Откровения Божиего.

... Будем разрабатывать безотказные способы и проводить эффективные кампании, мягко и комфортно приводить ко Христу. Тут все надо основательно продумать и разработать. Издадим инструкции насчет внешнего вида евангелизаторов. Пусть они хорошенько чистят зубы, чтобы неверующий не смутился дурным запахом, не отошел и ... не потерял спасение. Подберем соответствующее освещение и обстановку. Певчий хор пригласим. Пусть источают жалобные, щемящие душу песни. Разжалобим атеиста и воззовем к его совести.

Несомненно, Христос мог бы развернуть кампанию. Самую совершенную и правильную в мире евангелизацию. Но Его методика принципиально иная. Повелевая и обличая, Он действует не по плану сегодняшних специалистов по взрывам евангелизма. Да и апостолы не поют призывных песен и не организуют ансамбль народных музыкальных инструментов...

Д) Метод свидетельства. Евангелизаторы предполагают, что человек, не верящий в Бога и в бессмертную душу, может поверить личному свидетельству верующего о своей вере и духовном опыте... Вот неверующий слышит слова свидетельства о том, что верующему стало лучше и радостнее, что теперь он – другой человек, возрожденный... Неверующий понимает это по-своему, объясняя возрождение в терминах психологии религии – все это взросление, обретение уверенности в себе, преодоление психологической незрелости и т. п.

Нет, недостаточно быть возле благочестивых... Попытки рассказать невозрожденному о том, что происходит в душе возрожденного человека, попытки объяснить само состояние возрожденности не могут привести к возникновению такого же состояния у слушателя. Духовный опыт передается только духовному человеку. “Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно” (1Кор.2:14). Вот почему свидетельство, как нечто иррациональное, не имеет объективной истины в глазах неверующего.

* * *

Но неужели с неверующим нет ни одной точки соприкосновения? Тогда зачем вообще ему проповедовать? Какова степень его контакта с Евангелием?

Обратимся к дедуктивной методике, используемой кальвинистской апологетикой. Человек является грешником пред Богом. Факт того, что грешник не принимает Евангелия, не говорит о том, что само по себе Откровение Божие недоступно людям. Напротив, Откровение Божие дано предельно ясно и доступно всякому человеку. Только греховность человека препятствует ему принять Слово Божие.

Кроме того, всякий человек сознает (или чувствует), что поступает дурно. Его совесть говорит ему о неминуемом наказании. В Писании говорится, что язычники имеют некоторое откровение в своем сердце, и их совесть как обвиняет их, так и оправдывает. И это также дает возможность провозглашать Евангелие всем людям.

Впрочем, положение человека было бы безнадежным, если бы его сердце не было доступно воздействию Святого Духа. Сама способность человека интерпретировать себя и окружающий мир есть дар Святого Духа, что необходимо для рассказа о Боге. Дух спасительно воздействует на человека – и человек подчиняется Благой Вести. В результате возрождения в нем происходит изменение чувств, ума, воли. Теперь они обращены ко Христу.

--------------