3. О ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИИ

В Священном Писании тема предопределения звучит величественно и захватывающе, как пение херувимов, и неразрывно связана с изложением Божественного замысла в отношении Творения. Помимо теологических выкладок на основе Библии учение о предопределении находит мощное подкрепление в философии, социологии и точных науках. Поэтому выступать против него — не такое простое дело, как полагает наш оппонент, надеясь отделаться двумя-тремя цитатами из «святых отцов» и бодрым заверением, что разгром завершен. Нет, здесь ему придется усердно поработать, ибо он поставил перед собой весьма нелегкую задачу — трудиться против истины Божией.

Заметим, что предопределение возможно понять, лишь исходя из правильных представлений о Боге. Если не учитывать всего того, что говорит Священное Писание о Боге, то предопределения не понять.

* * *

Итак, что же такое предопределение, о котором столь много говорится в Священном Писании? Предопределение — это замысел (план) Божий, согласно которому в мире происходят все события. Еще до дней творения Бог — в высшей степени мудрый, всезнающий и всемогущий Творец — властно определил (а не просто предвидел, как учат те, кто страшится Его власти), чему должно будет произойти в мире, который Он создаст. Поэтому в мире Божием нет места произволу случая.

В двадцать второй главе Третьей Книги Царств говорится, что Ахаву было пророчество о смерти на войне. Он переодевается простым воином, чтобы на него поменьше обращали внимания. И что же? Ахав все равно погибает, будучи смертельно ранен одним человеком (возможно, даже из числа своих людей), который «случайно натянул лук, и ранил царя сквозь швы лат» (22:34). Для не знавших о пророчестве — это случайность. Но не для пророка и Ахава. И уж, конечно, не для Бога. Кальвинистская теология говорит о предопределении как о реализуемой воле Бога в отношении творения. Воля Бога — истинного Владыки (Вседержителя) мира — осуществляется неукоснительно. И действительно, утверждение о том, что в мире может появиться нечто, не предусмотренное в плане Божием, несет опасность признания существования второго творца, реализующего свою волю. С этим в принципе мало кто спорит. Но различие взглядов разных теологических школ обнаруживается тогда, когда богословам приходится решать вопрос о том, как именно Бог управляет миром. Кальвинисты считают, что Бог правит миром непосредственно, не оставляя без внимания ни малейшей детали. В православной богословской школе мы встречаем суждение о том, что Бог дал миру лишь общие «установки», и теперь ожидает, что Ему готовит «день грядущий».

Поверхностные или тенденциозные критики учения о предопределении любят сравнивать его с фатализмом, то есть с представлением о мире, подверженном необъяснимой судьбе или слепым силам природы. Кальвинисты же говорят совсем о другом: мир полностью подчинен воле и разуму своего Творца, Который направляет его к поставленной Им цели, определенной прежде дней творения.

Священное Писание говорит о предопределении многоразлично. Во-первых, о предопределении в мире природы. Во-вторых, о предопределении в духовном мире — нам известно, например, что участь падших ангелов уже уготована без всякой возможности покаяния для них. В-третьих, предопределена судьба каждого человека и всего человечества в целом. Отдельно скажем о Христе: от века Он был предопределен принести Себя в жертву.

* * *

Выше мы отметили, что первопричиной всего является Бог, и если бы мы на этом остановились, то нарисованная нами картина мира была бы неполна. Бог (как первопричина) допускает действие вторичных причин, которые нисколько не противоречат осуществлению Его плана. Это весьма важное понятие в теологии кальвинизма, которое мы проиллюстрируем на примере 1 и 2 главы Кн. Иова (данный пример был подробно рассмотрен Жаном Кальвином в его книге «Установления христианской веры», II. 4. 2). Как мы знаем, после разговора с сатаной Бог отнимает от Иова Свою ограждающую руку, разрешая сатане испытать его. И вот, буквально в один день, Халдеи и Савеяне нападают на стада Иова. Зададимся вопросом: что есть первопричина произошедшего, и какие мы обнаруживаем вторичные причины? Трудно не согласиться, что Бог есть первопричина, поскольку Он: 1) имеет план провести Иова через испытания и через его верность прославить Свое имя; 2) именно Бог попускает сатане испытать Иова. Сатана, в свою очередь, наущает Халдеев и Савеян. Будучи уверенным в поражении Иова, сатана действует по своей злой воле, имея всегдашнее желание опорочить человека. Это первая вторичная причина. Но есть и вторая вторичная (прошу прощения за тавтологию) причина: Халдеи и Савеяне, занимавшиеся грабежом, увидели (только теперь), что при обширных стадах Иова малая охрана. И на Суде Божием они станут отвечать именно за свои грабительские побуждения и поступки. Вот почему человек не слишком осознает управление Божие: он увлечен вторичными причинами, видя лишь «внешнюю» канву событий.

Приведем еще одну иллюстрацию: Бог предопределил, что Иуда предаст Христа («надлежало исполниться тому, что в Писании предрек Дух Святый устами Давида об Иуде», Деян. 1:16). Но Иуда становится виновен оттого, что в его собственных глазах этот поступок показался ему правильным, его собственные мысли и чувства (вторичные причины) побудили его совершить предательство. Именно это и является основанием для наказания Иуды. Никакому насилию или внешнему принуждению (со стороны Бога) Иуда не подвергался. Это мы специально отмечаем, потому что противники учения о предопределении всегда подают его в виде упрощенной схемы: предопределение = воздействие на человека, а люди — не роботы, и т.д.

И еще один пример мы предлагаем проанализировать нашему читателю самостоятельно. Писание говорит нам о том, что поступки участников распятия Христа были абсолютно неизбежны. «Ибо по истине собрались в городе сем на Святого Сына Твоего Иисуса, помазанного Тобою, Ирод и Понтий Пилат с язычниками и народом Израильским, Чтобы сделать то, чему быть предопределила рука Твоя и Совет Твой» (Деян. 4:27-28). Спросим же, почему, несмотря на предопределение, эти люди подлежат суду Божиему?

* * *

Посмотрим теперь, как в свете предопределения кальвинизм рассматривает вопрос спасения человека. Еще до создания мира Бог предвидел (и одновременно установил), что человек, предоставленный своей собственной свободной воле, не устоит в праведности. Поэтому Богом был установлен план спасения грешного человека через Иисуса Христа. Этому находится подтверждение в словах Библии о жертве «Христа, как непорочного и чистого агнца, Предназначенного еще прежде создания мира» (1 Петр. 1:19-20). Уместно задать вопрос: если бы не было установлено, что человек обязательно согрешит, тогда зачем до создания мира предназначать агнца?

Спасение осуществляется через послание человеку веры. Скажем иначе: уверовавший в Господа Иисуса Христа — спасается. И с этим, думаю, согласятся все, кто не придерживается иных религиозных воззрений. Однако возникает вопрос: знает ли Бог, как поступит тот или иной человек? Конечно, знает, скажет всякий, не отвергающий всеведения Бога. И знает, добавим мы, как поступит каждый из нас, когда услышит проповедь Евангелия. Примет или отвергнет. Тому, кто уверует, делаем мы вывод, Бог предопределил быть спасенным. И с этим мало кто спорит. Остается сказать последнее: Бог заранее определил, кто именно уверует и спасется. Кто отзовется на призыв Христа и кто останется во грехах, за которые и ответит пред праведным Судией. Может ли человек, получивший осуждение за свои грехи, упрекать Бога в том, что понес наказание? Конечно, нет. «Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт. 18:25), — говорит Авраам.

Данный аспект предопределения (спасение человека) тесно связан с понятием об избрании Божием. Это без преувеличения самая легендарная кальвинистская тема, поскольку именно из-за нее чаще всего горячатся противники кальвинизма. Таким образом, наша задача состоит в том, чтобы показать, существует избрание ко спасению или нет? Мы видим из примеров библейской истории, что для исполнения Своего замысла Бог избирает определенных людей, хотя, разумеется, может делать все и без них. В спасении верующих так же проявляется избрание, поскольку спасенные ничуть не лучше тех, кто оставлен во грехах.

Вот что пишет об этом апостол Павел в Послании к Ефесянам: «Он [Бог-Отец] избрал нас в Нем [во Христе] прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви, Предопределив усыновить нас Себе чрез Иисуса Христа, по благоволению воли Своей, В похвалу славы благодати Своей, [...] В Нем мы и сделались наследниками, бывши предназначены к тому по определению Совершающего все по изволению воли Своей» (Ефес. 1:4-6, 11). Апостол обращается к верующим людям, которым говорит, что они избраны прежде создания мира. Он отмечает, что избрание тесно связано с предопределением, то есть с решением Бога, Его волей прославить Свою благодать («в похвалу славы благодати Своей»).

* * *

Надеемся, читатель получил хотя бы некоторое представление о предопределении и избрании Божием, чтобы вместе с нами приступить к рассмотрению позиции нашего критика:

«Кальвин считал, что от человека даже не зависит, принять этот дар благодати (веру) или противиться ему, так как это совершается помимо его воли. Рассуждая строго логически, из лютеровских посылок [выделено мною, Е. К.] он сделал вывод о том, что раз одни принимают веру и обретают ее в своей душе, а другие оказываются не имеющими веры, то из этого следует, что одни от века Богом предопределены к погибели, а другие от века Богом же предопределены ко спасению. Это учение о безусловном предопределении одних к погибели, а других ко спасению». «Предопределение, по этому учению, совершается в Совете Божием, на путях Промысла Божия вне зависимости от духовного состояния человека, его образа жизни».

Заметьте, какова тенденция нашего оппонента. Он пытается представить дело таким образом, будто Кальвин — всего-навсего логик, выводящий учение не из Писания, а из лютеровских посылок. Писание для него служит лишь подкреплением («ссылался на некоторые места»). Поблагодарим господина доцента хотя бы за то, что он признает строгую логику Кальвина. Согласитесь, что рассуждать «строго логически» тоже чего-то стоит, особенно если эти рассуждения подкреплены Священным Писанием. Итак, православный богослов старается убедить нас в том, что обретение веры зависит от духовного состояния и образа жизни человека, а не от одной лишь благой воли Божией. Давайте теперь проверим это положение на примере из Книги Деяния Апостолов. Если отрицать, что спасение происходит только по воле Божией, тогда будет совершенно неоправданным послание Святым Духом апостола Павла в Македонию. Мы знаем, что Павел предпринимал попытки идти в Асию и Вифинию, но Святой Дух воспрепятствовал ему в этом, повелев идти именно в Македонию. Почему же были оставлены без благовестия жители Асии и Вифинии? Разве там не нашлось бы тех, кто имел бы «соответствующие» духовное состояние и образ жизни? Или они были менее достойны благодатного дара? Продолжая далее эту мысль, можно предположить, что проповедь апостола обратила бы этих людей ко Христу. Но они оставляются без благовестия. Пусть на время, до тех пор, пока к ним не пришли проповедники Христа. Но некоторые из них так и умерли, не дождавшись истинного света.

Не лучше ли нам смириться пред волей Божией и признать, что Бог все предопределил в деле спасения. Бог предуставил определенных людей ко спасению и назначил им время обретения веры, и Он Сам открывает их в должный час Слову Благовестия. Бог предопределяет, кто именно услышит проповедь и когда. Кто будет приобщен к вере сегодня, а кто — завтра. Таков план устроения Его Церкви. Некоторые историки пытаются доказать, что в Асии и Вифинии было опасно, неблагоприятно и т.п. Но мы знаем, что в Филиппах служение Павла также было небезопасным: его избили палками и заключили в темницу. И в Фессалониках было волнение. Да и проповедь Евангелия проходила поначалу далеко не так успешно, как он надеялся. В тех же Филиппах уверовали лишь несколько человек: Лидия со своим домом да темничный страж с домашними.

Посмотрим внимательнее на служение Павла в Филиппах. Почему именно Лидии была явлена милость Господа («отверз ей сердце»)? О Лидии не говорится, что она более остальных чтила Бога, и потому уверовала. Собравшиеся у реки были такими же богобоязненными, как и она (если бы они не чтили Бога, то и не пришли бы молиться). Но Господь отверзает ей сердце — и она принимает слова Павла. Евангелисту Луке кажется совершенно естественным восхвалить Бога за явленную милость, но не Лидию за ее «соработничество».

В Деяниях святых Апостолов говорится, что во время проповеди Павла и Варнавы «уверовали все, кто были предуставлены к жизни вечной» (13:48). Предуставлены к жизни вечной, и потому уверовали. Но не наоборот: сначала уверовали, а потом предуставлены. Не бывает предопределения задним числом. Другие же не уверовали. Почему? Не ответили на призыв? Или все-таки Писание указывает на другое основание? Если человек отвечает на призыв по своей воле, тогда причем здесь загадочное «предуставление»? Если следовать рассуждениям любителей влияния человеческого фактора в деле спасения, тогда можно прийти к поразительным выводам: Христос повелевает Лазарю выйти, а он раздумывает, ответить ли ему на призыв Божий или делать вид, что он еще мертв.

Согласно представлению православной школы, дар веры можно получить, если добьешься хороших показателей и станешь пригодным для получения благодати. Право, как героически выглядит роль человека! Ну, а Бог лишь ждет, кому сбыть Свою благодать, словно это залежалый товар в лавке старьевщика.

Напомним нашу позицию: душа и тело неверующего человека находятся в безнадежном состоянии греховного рабства. Но Бог спасает человека. Христос полностью совершает дело спасения. Когда человек обретает дар веры (у каждого это происходит по-разному) — он должен прославить за это Бога. Если же человек полагает, что сам себя приготовил к обретению этого дара, тогда — как считают кальвинисты — он не сможет правильно оценить исключительное значение для него Христа-Спасителя и не воздаст Ему всю славу.

Бог не бездействует, когда хочет спасти человека. Разберем пример с Моисеем. Вот он замечает горящий куст. Может быть поставить ему в заслугу то, что он пошел посмотреть, отчего это куст горит и не сгорает? Да не пойдет ли всякий посмотреть, что там такое? Мы видим, что Моисей, получив повеление Божие, не всегда исполнял его ревностно. Часто плакал и малодушествовал. Но Бог не оставлял Моисея. В то же время фараон имеет совсем иную судьбу, хотя вырос в том же дворце, что и Моисей. Бог ожесточает его сердце. Таков план Божий: фараон препятствует исходу Иудеев, но затем будет вынужден их отпустить. Могущественнейший земной владыка посрамится. И тогда во всем блеске и великолепии явится слава Божия. Если бы фараон отпустил народ Моисея сразу, то как в таком случае здесь выразилась бы слава Божия? Фараону сказали — и он отпустил, проявив доброту и заботу о людях. Вся слава у него. Но повелитель Египта упорствует. И чрез это возрастает могущество Того, Кто выводит Свой народ из плена. Услышав о силе «этого» Бога, народы Ханаана объял панический страх («у всех руки опустились, и у всех колени задрожали, как вода», как сказал Иезекииль в подобном случае).

И почему же апостол Павел пишет: «Бог от начала, чрез освящение Духа и веру истине, избрал вас ко спасению» (2 Фес. 2:13)? И еще: «Спасшего нас и призвавшего званием святым, не по делам нашим, но по Своему изволению» (2 Тим. 1:9); «помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего». (Рим. 9:16). Будет жаль, если эти утверждения апостола Павла православному богослову покажутся языческими или иудейскими. А может быть, и лютеранской посылкой.

Советуем нашему читателю посмотреть Послание к Римлянам и поразмыслить на досуге над следующими местами: 9:18; 9:20-21; 8:33; 11:7-8. Разве сказанное ап. Павлом противоречит словам ап. Иоанна о том, что Бог есть любовь? Не наилучшим ли подтверждением любви Бога является Его милость к Своему народу, который спасается лишь по благодати? Ведь эти люди заслуживали наказание за свои грехи, и должны были погибнуть, если бы не Господь Иисус, пошедший ради них на Голгофу. Итак, мы показали читателю, что:

i) в Священном Писании предопределение как план Божий упоминается не только в связи со спасением грешников через Иисуса Христа. Спасение является частью этого плана. Вера есть дар благодати и подается тем, кого Бог избрал до создания мира. Остальные оставлены Богом во грехах, как и сказано в Писании: «избранные же получили, а прочие ожесточились» (Рим. 11:7-8).

ii) если для Кальвина предопределение есть неизменный план Божий, то для его противников — это некое общее установление (пожелание) в отношении спасения человека. Бог предлагает дар спасения, а человек выбирает, отвергнуть его или нет. Вот и все предопределение. В этой позиции, как мы отметили, упущено одно существенное положение: Бог действует в деле спасения избранных, не оставляя их на неизбежное поражение, поскольку они, как и все прочие люди, находятся во власти греха. Вся слава в деле спасения воистину принадлежит только Богу. Что и проповедуют кальвинисты.

Что касается трактования М. Козловым позиции Кальвина о Боге: «Он же устрояет так, чтобы определенные погибли», то это не есть изложение кальвинизма, но изложение понимания кальвинизма господином доцентом, сочиняющим здесь за Кальвина. Ему кажется логически стройной следующая картина: человек хочет спасения, но Бог избирает одних, а других толкает к гибели. Кальвинисты же смотрят на это совершенно иначе: все люди своими грехами обрекают себя на погибель, но верующие в Бога будут спасены, поскольку Бог дал им веру, поскольку они возрождены Святым Духом, поскольку они идут по пути совершенствования в святости. Вот какова последовательность изложения учения Кальвина о спасении: 1) «Должно вам родиться свыше» — «сие не от вас, Божий дар»; 2) верующие «созданы на добрые дела во Христе Иисусе». Думаю, что всякий верующий, стоящий на библейских позициях, не станет это оспаривать.

Автор статьи утверждает, что в настоящее время кальвинисты стесняются учения о предопределении Божием и прячут его на теологических задворках. Ничуть. Только дело в том, что предопределение никогда не занимало главенствующего места в кальвинистской теологии, но стояло в одном ряду с учением о суверенности Бога, о Его благодати. А первое место всегда отводилось проповеди Евангелия. И Кальвин говорит о предопределении лишь в третьем томе своих «Установлений христианской веры» (иногда переводимых, как «Наставления в христианской вере»). Никто из истинных кальвинистов не смущается вопросом предопределения. А те, кто не являются кальвинистами, но рядятся в одежды реформатов... что ж, ряженых и в православии много. Говорят, что христиане, а по сути — генотеисты, поклоняющиеся какой-нибудь Параскеве больше, чем Христу.

* * *

Мы читаем в статье доцента М. Козлова: «Он ссылался для подтверждения своего учения на некоторые места из Священного Писания. Например, на Послание апостола Павла к Римлянам, где есть такие слова: «Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:13), которые соотносятся со словами Ветхого Завета (Мал. 1:2-3)».

А почему бы на него не сослаться, скажем мы, если оно наглядно объясняет предопределение? Эти двое еще не родились, но Иаков любим Богом, а Исав ненавистен Ему. За что же любить того, кто еще не родился? Не очевидно ли всякому читающему, что предопределение отчетливо проступает в этих строках? Впрочем, надо отдать должное — господин доцент здесь необыкновенно великодушен с Кальвином, милостиво разрешая ему цитировать хотя бы «некоторые места из Священного Писания». Раньше, как мы помним, у нашего критика Кальвин все свое учение выводил из лютеровских посылок. Конечно, дальше допущения Кальвину возможности ссылок «на некоторые места» православному богослову идти непозволительно.

Между тем, недопонимание сущности предопределения ставит в тупик всякого, кто пытается объяснить данное место Послания к Римлянам. Например, блаженный Феофилакт (архиепископ Болгарский) так и не смог внятно прокомментировать цитируемые стихи: «Апостол собирает много затруднений, непостижимых для нас, но постижимых для одного Бога. Сначала представляет, что между двумя братьями близнецами избранный избран не за добродетель, возненавиденный возненавиден не за порочность (ибо они не сделали ни добра, ни зла, потому что находились еще в утробе матери), но «по избранию», то [очевидно, пропущено слово «есть», Е. К.] по предведению Божию один избран и возлюблен, а другой возненавиден, как и пророк говорит: «того Я возлюбил, а этого возненавидел» (Мал. 1, 2), дабы все было делом Бога и Его избрания и предведения. Но что я говорю об этих лицах? Все израильтяне слили тельца; но одни заказаны, а другие нет. И Фараон по истине был жесток; но и другие многие также были жестоки: почему же наказание постигает его одного? Видишь ли, что это непостижимо для людей, но постижимо для одного Бога. Так и избрание язычников и отвержение иудеев представляется нам неосновательным, а в очах Божиих то и другое весьма справедливо. Таков смысл всего настоящего места». [Выделено мною, Е. К.] («Толкование на послания Св. Апостола Павла», с. 61, изд-во «СКИТ», М., 1993). Воистину, Писание — суровый экзаменатор всех теологических школ.

* * *

А далее — самое потрясающее место во всей статье господина доцента. Он хочет нас поразить словами Кальвина, как бы говоря: полюбуйтесь, что пишет этот холодно-рационалистический ум, — но не замечает того, что вслед за Кальвином повторяет слова апостола Павла из того же Послания к Римлянам (ст. 11 и 13): «Кальвин так изъясняет это место в одном их своих сочинений: «Когда они, Исав и Иаков, еще не родились, не сделали еще ничего доброго или худого, дабы изволением Божиим избрание происходило, сказано было: «Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел, и больший будет в порабощении у меньшего»».

Приведем для наглядности текст Св. Писания:

«Ибо, когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого, — дабы изволение Божие в избрании происходило Не от дел, но от Призывающего, — сказано было ей: «больший будет в порабощении у меньшего», Как и написано: «Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел» (Рим. 9:11-13).

Не согласится ли с нами читатель, что данное «изъяснение» гораздо больше похоже на текст самого Послания? Однако господину доценту это представляется точкой зрения Кальвина, с которой он и приготовился спорить.

Оставим на совести господина доцента неточность перевода, поскольку у Кальвина написано не «изволением Божиим избрание происходило», а так, как у апостола. Но даже в «подредактированном» варианте М. Козлова избрание и изволение Божие тесно связаны, и второе указывает на первое. Вообще интересно, что священник православной Церкви «громит» на глазах почтенной публики «написанное» Кальвином, не задумываясь о том, что это почти дословное изложение текста Священного Писания. Здесь есть над чем подумать. Успокоим слишком горячих читателей из определенных кругов, всегда готовых сделать вывод, будто священники Православной Церкви не знают Священного Писания.

Это — вряд ли. Но что же тогда? Неужели можно настолько подчинить себя конфессиональным установкам, чтобы не заметить, как они довели до критики Слова Божиего? И заметьте, какой мрачноватый смысл приобретает название рубрики, под которой помещена разбираемая нами статья — торжество православия...

* * *

* * *

Предисловие - I. Историко-биографический этюд: Жан Кальвин и дело Сервета - II. Теологические этюды: 1. О Боге - 2. О человеке - 3. О предопределении - III. Приложение